Де-юре у мамы есть три года на декрет, де-факто — три года унижения, давления и оправданий
Мысли

Де-юре у мамы есть три года на декрет, де-факто — три года унижения, давления и оправданий

Уже 7 месяцев Александра Фидкевич не в декрете. У нее есть любимая работа, а сын ходит в садик. Она уже на каблуках, ее день разнообразен, она общается с интересными людьми. При этом в  окружении Александры — новая волна молодых мам. Общаясь с ними, она мысленно возвращается в свой декрет и проводит миллиарды параллелей, к сожалению, печальных.

Кроме физического ограничения, мы, декретные, получаем огромный поток разнообразного морального давления. О давлении, котором, окружающие даже не знают, не чувствуют, не понимают и продолжают давить. Я помню себя, как я плакала от обиды, от словесных подколок, от поступков своих друзей, знакомых. Они, в силу социальных шаблонов, обесценивали мой декрет и мой материнский статус. Не надо говорить про сильных духом матерей 10х детей с идеальным прессом. Каждая в декрете плакала от таких обид и тотального бессилия, хоть как-то повлиять на ситуацию.

Поговорим подробнее о моральном давлении. Одна знакомая говорит: «Я взрослая женщина, мне 35 лет, я юрист со стажем и отпрашиваюсь у мужа, чтобы помыться в душе. Я отпрашиваюсь, чтобы помыться, понимаешь?» Я понимаю и не понимаю одновременно, почему взрослая женщина задает такие вопросы. Она декретница, она на кандалах привязана к ребенку, и такой статус культивирует ее семья, ее муж. Сидишь дома – сиди, зачем тебе быть чистой, все равно в трениках и на твою майку срыгнут через 1, 2, 3, а у нас дела поважнее, чем с твоим ребенком сидеть.

Вторым примером будет отношение подруг, особенно, незамужних. «Ой, котик, ну зачем мне тебе звонить, ты же там занята и все такое, может неудобно звонить и вообще, что я тебе буду рассказывать, душу бередить, вот вчера ходили на воркшоп, такой интересный, там был спикер, ну, ты же, наверное, не знаешь, ведь отошла от наших дел». Really? Чувствуете этот надменный тон, эту оценку реальности, эту возможность удачно поиздеваться? Потом повесить трубку, ухмыльнуться и позвонить Наташе со словами «мы ее потеряли, она вся в своих какашках». И верить, бесконечно верить, что это декретница в какашках, а не ее мозг.

Моя любимая тема – про работу.

Мама в декрете должна работать, ну подрабатывать, ну хоть блог завести, хэндмейд из фетра тоже подойдет, главное быть деятельной. Так считает муж, родители, шеф и все пост-декретные, кто уже на работе.

«Ну чо, засиделась, не? Когда на работу планируешь?» А в голове, желание поспать, найти 10 минут на потупить в окно, поесть, сидя-за-столом-с-приборами-молча-медленно-в-одиночестве, но нет. Мы должны в свой хрупкий мир внести на рассмотрение вопрос о выходе на работу, чтобы удовлетворить запрос извне. «Не знаю, я пока не решила». Тут начинается серия оправданий, что ребенок мал, что пока не зовут и так далее. Понимаете, мы оправдываемся за свою «неработу», за свой социальный прогул, мы выдаем случайные ответы, хотя мы имеем, черт побери, право побыть некоторое время просто мамой.

Наверное, эти слова опять про поддержку. Последнее время, я думаю о том, как мы скупы на эту эмоцию. Молодым мамам она очень нужна, она критично важна. Но нам сложно выйти из своего мира фешн-вечеринок, премьер, да просто скучной работы, из мира постоянного выебывания, позвонить молодой маме и поддержать.